Одно из мнений казахов о калмыках

8+

Я думаю это самое объективное мнение о калмыцко-казахских отношениях. Джунгары — союз многих племен и казахских в том числе. Только вот история распорядилась так что нас разорвали два мощных государства Китай и Россия. У нас даже вера была одна Тенгрианство. Да и внешность у казахов особенно Астанинских ближе к калмыкам нежели к их родичам киргизам. Есть много родов с калмыцкими корнями. Да и Абылай — хан был Чингизидом, т.е. монгольских кровей. Вот интерьвью одного казахского историка. Так что казахи вам судить верить ли в официальную версию казахстана советских времен, либо верить народному мнению сформированному историей двух народов.


— Джамбул, а что заставило вас увлечься калмыцкой темой? Какая-то легенда, поразившая ваше воображение? Или осознание того, что многое, касавшееся калмыков, было неверно интерпретировано?

— В центральном Казахстане есть памятник архитектуры калмыков 17-18 веков — Кентский дворец, казахи называют его Кызылкенчским. Там есть развалины старого ламаистского монастыря. Мне, еще студенту, рассказывали местные старики, что в этом дворце останавливалась Эдрежеп, дочь Аюки-хана. Эдрежеп была выдана замуж за правителя восточных калмыков (джунгарских). Аюка-хан отправил ее в сопровождении 40 батыров. Когда они дошли до наших гор, они вынуждены были остановиться в Кызылкенче. Остались на зиму, и легенда казахская гласит, что они и построили этот монастырь. Я студентом буквально воспринимал эти сказания. Уже потом выяснил, что у Аюки-хана действительно была дочь, но звали ее Сетерджаб; действительно она была выдана за джунгарского правителя Цеван-Рабдана и в самом деле провела зиму в Кызылкенче в 1697 году. Одно не сошлось — буддийский монастырь был построен гораздо раньше, в середине 17 века. Думаю, что его построил ойрат Кунделен-тайши, хошеутовский правитель. У казахов есть термин «ойлоут» — это не хошеуты ваши, интересно? Дербетов, торгутов мы так и называли, а вот для хошеутов нет названия. А ведь это было многочисленное племя, их было больше, чем торгутов.

— Сюда, на Волгу, пришла малая часть хошутов, и сейчас их потомки составляют около полутора десятка родов.

— Мне было бы интересно с ними встретиться, записать их легенды и предания. А что касается вашего вопроса, действительно, в официальной истории было много неверных постулатов. Как представитель молодого поколения казахских историков, я должен был заявить о своих позициях; может быть, поэтому я был более других принципиален в отстаивании своей точки зрения. Я считал и считаю, что в 18 веке основными противниками казахов и калмыков являлись Россия и Китай. Как мне кажется, я это осознал раньше других наших историков. Кандидатскую диссертацию защитил по этносоциальной структуре казахского общества в 19 веке. Тема докторской — казахский этносоциум 18 века.

— Интересно, о чем вы беседовали с калмыцкими коллегами?

— Во многих вопросах мы единомышленники. Но должен сказать, до приезда сюда я несколько иначе представлял себе калмыков.

— Расскажите об этом, пожалуйста.

— В последние месяцы я был очень занят деканскими заботами и археологическими раскопками. Поэтому попросил молодых своих коллег собрать материал по калмыкам, появившийся в 90-е годы. Их вывод был таков: калмыки — довольно обрусевший народ, у которого с родным языком большие проблемы; нам будет трудно найти в современной России калмыкоязычных калмыков; традиции у вас в республике в большом «загоне». Исходя из этого, на многое мы и не рассчитывали. А здесь, к большому своему удивлению, я обнаружил живую развивающуюся культуру и науку. И получил большой положительный эмоциональный заряд. Я чрезвычайно рад этому.

— Это радость друга.

— Да. Кроме общения с коллегами, я был на концерте, в музее. Здесь царит национальный дух, за которым стоит государственная политика. Калмыки не потерялись в современный период — в такой пучине репрессий. Как этот стотысячный народ сумел сохранить себя — поражает и удивляет. То, что заложили ваши предки, Зая-пандита, оказалось мощным фундаментом. Ведь на протяжении веков ваше положение в Российском государстве — очень сложное в историческом плане, даже маргинальное. И в этих условиях еще и развиваться — дорогого стоит. У такого стойкого народа, несомненно, есть будущее.

Я услышал здесь великолепную живую калмыцкую речь из уст прекрасных ораторов, один из них и, может быть, лучший — замминистра образования Бадма Салаев. Строй его калмыцкой речи просто восхищает.

— Давайте поговорим о далеком прошлом, о «начале начал» калмыцко-казахских отношений — это где и когда?

— Я спрашивал своих коллег, сохранились ли здесь легенды об Аблай-хане, Огуз-хане. Увы, параллелей не прослеживается. По нашим устным преданиям, казахи, калмыки, ногайцы и некоторые другие народы происходят от единого родоначальника, предка. А разделила их религия. Казахи и ногайцы приняли ислам, калмыки и монголы — буддизм. Это стало границей.

Да, казахи приняли ислам в середине 14 века, но мы ведь говорим о преданиях.

Вчера слушал концерт Калмыцкого национального оркестра, звуки домбры калмыцкой напомнили мне звучание казахской домбры. И песни ваши более схожи с казахскими, чем с монгольскими.

— Вы хотите сказать, что калмыкам ближе казахи, чем монголы? Это новость, во всяком случае, для меня…

— Конечно, языки разные. Но многое, на мой взгляд, говорит о том, что мы имеем какие-то общие корни.

— Тем не менее, между нашими народами в историческом прошлом были и конфликты. Как этот период интерпретирует казахская историческая наука?

— Официальная историческая наука и художественная литература Казахстана очень отрицательно относятся к калмыкам. Образ калмыка, как вечного врага, присутствует в нашей истории и литературе.

В письменной исторической литературе это стало ярко проявляться с 30-х годов 20 века. В устной традиции образ калмыка несколько иной, он не обязательно имел враждебные черты.

— С чем связано то, что в период формирования советской казахской исторической науки стал культивироваться образ врага-калмыка?

— Трудно сказать что-то определенное. Надо было, видимо, именно так интерпретировать историю 17-18 веков, и была поставлена задача перед казахскими историками, среди которых, кстати, в 30-ые годы профессионалов-то и не было. Репрессии уничтожили тех, кто получил хорошее образование еще до революции.

Глубинных каких-то причин для вражды между нашими народами не было. Нет оснований считать, что в обозримом историческом пространстве два народа, казахи и калмыки, имели глубокие корни для затяжной вражды.

 

Калмыцкие уроки — исход 1771 года, депортация 1943-го…
Были походы, миграция кочевого народа на запад, на юг… Проходя через казахские земли, калмыки не ставили целью уничтожение казахов. Например, ойратский Галдан-Церен в 1741 году взял в плен Аблай-хана, продержал его два года и отпустил. Причем обставил это весьма торжественно и даже выдал за Аблай-хана дочь Хучун Мергена Топуш-ханум. Если бы Галдан-Церен хотел уничтожить казахов, первым делом он ликвидировал бы Аблай-хана.

— Да, для казахов Аблай-султан — знаковая фигура.

— Именно. И Галдан-Церен это прекрасно знал. Калмычка Топуш-ханум родила Аблаю сыновей, оставивших след в казахской истории, в том числе Косум-терима, который был отцом последнего официального казахского хана Кенесары. Его «поднимали на белом войлоке». Кенесары — последний хан, который боролся за независимость Казахского ханства, и он был внук знатной калмычки.

Следующий пример. В конце первой половины 18 века, когда Джунгарское ханство оказалось в окружении врагов, когда цинский Китай и халха-монголы делали все для уничтожения Джунгарии, Аблай-хан спас Амурсану, последнего правителя Джунгарии, дал ему убежище.

— А теперь скажите мне, Джамбул, почему по казахским источникам ойрат, хойтский князь Амурсана — казах?!

— Да, в наших легендах утверждается, что Амурсана нес в себе казахские гены. Не знаю, почему. Вообще, знаменитый Амурсана — неудачник. Правитель Джунгарии, на которого ойраты возлагали большие надежды. С Казахским ханством он поддерживал хорошие отношения, очень помогал казахам, но и казахи платили ему тем же. Казахам ослабление Джунгарии не было выгодно. Джунгария была «буфером» между Казахским ханством и Китайской империей. Казахи, скажем прямо, боялись китайцев, причем не в какой-то особо опасный период своей истории, а всегда. Страх этот сохранился надолго. Ойраты ощущали себя иначе перед лицом огромной мощи Китайской империи. Своими землями, войсками они прикрывали восточные границы Казахского ханства. Так что Амурсане казахи помогали не столько из личных симпатий, сколько из политических соображений.

Амурсана в период своего противостояния с цинским Китаем был национальным героем для казахов. Мы гордимся тем, что наши предки не выдали Амурсану китайцам. Даже когда цинские войска стали угрожать военным противостоянием, казахи стояли на своем. И казахи многим рисковали.

— Не прошло и 20 лет после тех событий, как калмыки в 1771 году во главе с Убаши ушли из России в Китай на свою историческую родину. Шли через казахские земли, и печальные воспоминания о том, что казахи терзали набегами растянувшиеся на многие километры калмыцкие обозы, остались в памяти как синьцзяньских, так и волжских калмыков. Великолепно обученная калмыцкая конница была немногочисленной, а казахи избрали тактику партизанских наскоков небольшими группами. Многих и многое потеряли в походе калмыки. Оттого печальны песни, посвященные тому периоду.

— И у казахов есть исторические песни, предания на эту тему. Это тоже очень «тяжелые» песни. 1771 год, великий исход калмыков на историческую родину, из одной империи в другую, — страшный поучительный пример, урок для казахов. «Вот видишь, как разрушилось Калмыцкое государство? Видишь, как из-за тесноты, из-за отсутствия земель калмыки уходят на восток? Видишь, как они страдают, как они голодают, как умирают их дети…». В казахских исторических песнях описывается страшная картина, и поход этот объясняется исключительно ошибкой Убаши.

Мы считаем, что калмыки дошли до Балхаша, это центральный Казахстан, без больших потерь. У Балхаша разделились — одна группа пошла по южному берегу озера, другая — по северу, по казахскому берегу. Так вот, группа, которая шла по северному пути, по казахским землям, полностью дошла до Джунгарии. А была уничтожена южная группа, которая шла через киргизские земли. Именно эта версия содержится в наших преданиях.

Да, были стычки, столкновения у воинов Убаши с казахами. Но нельзя забывать, что Аблай-хан так и не дал генерального сражения калмыкам…

Есть предание, что калмыки подарили Аблай-хану белую юрту в знак мира. И тогда как будто Убурхаджи (великий казахский жрец) сказал Аблаю: «Аблай-хан, калмыки не поднимают против тебя оружие. Ты прости их (за вторжение?), и дай пройти через наши земли».

— А у калмыков сохранилось убеждение, что именно казахи сильно досаждали Убаши-хану во время перехода…

— Во всяком случае, казахи, судя по фольклору, в заслугу себе не ставят это. Наоборот, убеждены, что, избери Убаши северный путь от Балхаша, потерь у калмыков не было бы. А набеги отдельных групп были. Но не по приказу хана. Просто был соблазн легкой добычи, видимо.

— Пропустим без малого два века и перенесемся в наши времена. Когда калмыков сослали в 43-м году, в Казахстане калмыкам было легче выжить, чем, допустим, в Сибири. Мы помним это.

-Официальная история — одно, отношения между народами — другое. Казахам, наверное, должны быть благодарны и другие сосланные народы, например, чеченцы. Казахам вообще свойственна терпимость. Сильны были традиции гостеприимства. К тому же историческое самосознание у казахов было очень развито, и, как мне порой кажется, нет казаха, не числящего среди своих предков калмыков. И здесь ни при чем официальная интерпретация казахско-калмыцких отношений в 17-18 веках.
— Ну, много девушек поворовали казахи…

— Еще в 18 веке великий Бухара-жырау, рапсод, акын, учил: «Надо (в качестве дров) использовать колючку; пусть женой у тебя будет калмычка; пусть воинами у тебя будут казахи. Если ты возьмешь в жены калмычку, не прервется твой род в этом восьмигранном мире… Полулежа в своей почетной юрте, думай об этом и размышляй…».

— Как казашки реагировали на такие речи?

— Уезжаю сюда, в Калмыкию, в командировку, жена говорит: не привезешь ли калмычку? Установка мощная, конечно.

Я рос в среде, где сохранились старые предания. Один из моих предков отправился в поход против калмыков и вернулся с добычей. А в те времена самой дорогой добычей были калмыцкие девушки и мальчики-подростки. Девушка, ладно, она должна стать женой казаха. А вот мальчика должны взять в семью и воспитать как казаха, как сына. Существовал специальный ритуал принятия калмыка-подростка в семью. Этот обряд был разработан только для калмыцких детей.

Вообще у казахов много ритуалов, легенд и преданий, где фигурируют только калмыки. Ни один другой народ столь явно не присутствует в устном народном творчестве казахов. Это тоже повод размышлять, анализировать.

Расскажу об одном таком ритуале. Например, семья хочет усыновить калмыцкого мальчика, чтобы он стал частью рода. Совершается небольшой набег на калмыцкие кочевья именно с этой целью — пленить мальчика. Приводят его домой. Режут барана. Мальчику дают в руки берцовую кость, несколько мужчин приподнимают юрту, и мальчик должен проникнуть в юрту ползком с берцовой костью в руках с одной из сторон юрты. После этого глава семьи произносит: этот мальчик теперь мне сын и держит он эту кость и т. д.

Если большая патронимия, род то есть, хочет принять в сыновья калмычонка, проводился другой обряд. Я не знаю, куда, в какие времена это уходило корнями, но ритуал своеобычный, конечно. Казахская старуха становилась возле юрты и приподнимала подол своей большой юбки и мальчик с костью в руках проползал под юбкой в юрту. Ну, а если глава рода хотел закрепить усыновление так, чтобы ни у кого не возникало сомнений, он вообще выстраивал колонну из сорока бабушек. Это полная гарантия усыновления.

— Интересно, для чего вообще это делалось?

— Это надо анализировать. Я расскажу о своей прапрабабушке. Были две пленные калмычки, одна красивая, другая некрасивая. Когда мой предок возвратился в свой аул, красивую сразу взяли в жены. А вторую девушку он предназначил в жены своему младшему брату, совсем мальчишке. Подросток уперся — не хочу вообще жениться. Заперли его с калмычкой на три дня в юрту. Так они поженились. Родила жена-калмычка ему пятерых сыновей. Я — потомок третьего сына. 250 лет прошло с тех пор, но воспоминания остались. Например, про то, как друзья мужа калмычки приходили в гости и подшучивали над ней: ты, мол, калмычка, но почему-то некрасивая. Моя прапрабабушка парировала: что вам надо от меня, мои глаза — мой старший сын, мой нос — второй сын и т. д. Причем тут красота, когда у меня пять сыновей? Действительно, женщина, родившая и воспитавшая пятерых сыновей, она пользовалась огромным уважением и почетом. Перечить ей не решались вообще.

Я в детстве слышал все эти рассказы — например, про то, как она старилась. Правнуки пошли уже, представьте, какое это было количество потомков от пятерых сыновей. Кто-нибудь что-то стащит у нее, а найти виновника не может — такая куча-мала. Мне в детстве порой напоминали, что я — с калмыцкой кровью. Особенно, если подерусь.

— Как вы считаете, вам удалось сказать новое слово в науке?

— Может быть, мне удалось привести в соответствие с историческими реалиями образ калмыков в казахской литературе. Может быть, я «сломал» этот образ вечного врага. Не скажу, что создал взамен исключительно положительный образ, но, полагаю, моя оценка роли калмыков в казахской истории более объективна.

 

Современный Казахстан: чем отличается Сити Чесс от Астаны?
— А чем вы объясните то, что в калмыцком фольклоре казахи как недруги вообще не проходят? Тем более в «Джангаре». Впрочем, и другие народы тоже не называются врагами. В ойратском эпосе есть просто враг — без национальной окраски.

— Да? Интересно, а вот в наших эпосах, эпосах других центрально-азиатских народов речь обязательно идет о противостоянии с калмыками. Главный враг — калмыки. Ногайцам очень не повезло с калмыками в историческом плане. Ведь калмыки разгромили Ногайскую орду, и до сих пор ведь нет у них административного центра. Их государственность на этом и закончилась.

Очень много в Казахстане родов с калмыцкой родословной, и в названиях сохранилась приставка «калмах». Сколько выдающихся казахов вышли из этих родов. Первый наш космонавт Тохтар Абакиров, философ, доктор технических наук Агжан Машаров, человек, который открыл для казахов имя Аль-Фараби. Много еще имен.

— Расскажите об Олжасе Сулейменове. Казахи всегда гордились им. И даже тем, что он сопротивлялся официозу советской науки в застойные брежневские времена.

— Да, в 80-х годах, впрочем, и сейчас, казахскую нацию действительно олицетворял Олжас Сулейменов, как у вас Кугультинов. Мы когда говорим о калмыках, прежде всего подразумеваем Давида Никитича, и наоборот. Сейчас, правда, мы знаем и о Кирсане Илюмжинове. Мы отслеживали его шахматную эпопею. Но казахов мало интересовало то, что сочиняла о нем московская желтая пресса. Мы понимали всегда, что Илюмжинов многое делает для того, чтобы мир знал о калмыках. А ваш народ немногочисленный; чтобы выжить в этом мире, надо, чтобы о вас все знали. Все остальное — лирика.

Олжас Сулейменов — выдающийся наш деятель. Ему немногим за 60 лет. Его нет дома, и, честно признаюсь, нам, молодому поколению, не хватает его присутствия в жизни современного Казахстана. А в советские годы он действительно, по мнению Москвы, совершил преступление: поставил кипчаков вровень с великим русским народом. И действительно его защитил первый секретарь Казахского ЦК КПСС Кунаев. Сейчас Сулейменов — посол Казахстана в Италии. У нас шутят: когда-то Аттила завоевал Рим, а сейчас — Олжас. Он ведь остается флагманом казахской культуры и по сей день. Хотя в последние годы мы ощущаем оживление казахской культуры. Думаю, в недалеком будущем у нас появятся национальные лидеры в области духа, равные Сулейменову.

— За 10 прошедших лет Казахстан выработал свою национальную идеологию?

— Главная задача — сохранить мир, спокойствие, стабильность. Особенно беспокоит соседство с Афганистаном. Россию, США, Китай привлекают наши сырьевые ресурсы. Тоже нужна равноудаленная политика, взвешенная и мудрая.

— А когда бывшие республики Средней Азии стали называть себя центральноазиатскими? И почему?

— Понятие «Центральная Азия» мне, например, нравится больше. Произошло это в 90-е годы, когда точно, не могу вспомнить. Недавно сдал в типографию свою книгу под названием «Истоки и история кочевых обществ Евразии в калейдоскопе веков и тысячелетий». Эта книга — ответ на ваш вопрос.

— А сколько у вас вообще книг?

— Написал и издал около 20 книг. Пишу больше, чем выступаю. Монография «Казахское общество в 19 веке…», учебные пособия по истории Казахстана 19 века, «Этнос и общество 19 века». По заказу подготовил трехтомник по истории казахов, с 15 века начиная. Есть у меня художественные вещи, научно-популярного плана, скорее всего. Я пишу их на казахском языке. Издается серия «История Казахстана: взгляд в профиль». Писал и для нее. Интересуюсь историей казахских родов, племен и так далее. Написал книгу о казахско-калмыцких отношениях в 17-18 веках.

— Казахи — мусульмане. Вы ощущаете на себе влияние исламского фактора в международных отношениях?

— Мы осуждаем на государственном уровне терроризм, но считаем, что афганскому народу нужно помогать вовсе не бомбардировками. На смену талибам могут прийти более страшные силы. Для Казахстана представляет опасность усиление миграции с юга, со стороны этого государства. Идут афганцы, таджики, казахи, которые жили в Афганистане (интервью бралось осенью 2001 года — ред.). Это очень нежелательный поворот событий для Казахстана.

— Ваши пожелания калмыцким ученым, с которыми хотели бы установить рабочие контакты?

— Успехов, таких же, каких достигли у нас — Чокан Валиханов, Номто Очиров — у вас. Это прекрасные примеры для нас, историков. А также — осознания того, что наши труды будут оценены потомками. Сегодняшние трудности — это временно. Всемерно готов поддержать калмыцких ученых, которые будут заниматься этногенезом калмыков и казахов в общем историческом контексте.

Одно из мнений казахов о калмыках: 6 комментариев

  1. Джамбул. Спасибо вам за объективность , вы прекрасно подали настоящие отношения двух народов. Действительно, в Советское время намеренно были искажены исторические события и не только из-за отсутствия настоящих историков.
    Хотел бы ознакомиться с вашими трудами. удачи вам.

    3+
  2. Подобная инициация существует у людей-крокодилов из Папуа Новая Гвинея, когда мальчики, которые должны стать мужчинами должны заново родиться, для этого они проползают под стоящими над ними строем из женщин племени.

    0
  3. без крови ойратов казахи были слабым народом.у казахов считалось если ты украл калмычку,она родит тебе война,а не казаха

    11+
  4. и 300 лет кем пугали казахских детей? -«калмаком» не правда ли казахи постарше?

    9+
  5. Кальмыки нам т.е. казахам не родня по вере и по языку. Они монголо язычный и буддисты. Казахи тюркоязычный мусулманы .Нечего общего Между нами 16-18 век. много вражды были т.е .войны, резня. Об этих войнах много рассказ в народных сказаниях и в казахских эпосах об «Алпамыс» и «Кобланды» и в историй не мало напоминаний «калмак кырылган и Актабанды шубырыды» и многие др.о жестоких битвах и резнях между калмыками (джунгарами)- казахами. Кстати Джунгар их эпос народный кровожадный герой калмыцкого народа, гравивший убивавший и резавший казахский народ Калмыки веками грабили, убивали и резали больше половину казахов, киргизов.башкир ногаев т.е. тюрков, увозили скот и девушек и брали в жены
    Недаром все улицы больших городов Казахстана названы именами батыров и биев сражавших против парабатителями джунгар- кальмыками.
    Казахи не скакими народами больше так не воевали кроме калмык джунгар
    После стольких войн конечно кровь у большенство казахов смешался , но не все ,соотношение среди казахов тюрколойдные
    и монголойдные примерно 50/50. У кого больше монгольская кровь т. е. (калмыцкая) тех естественно тянет калмыкам, делает их родственными их отличить не составляет особого труда т.е.они монголо типные (скуластые и косоглазые)

    6+

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *